Авторы обращают внимание на то, что задержание подозреваемого, объявленного в розыск, подчиненоправилам, предусмотренным главой 12 УПК РФ, об этом упоминают правовые положения ч. 3 и 4 ст. 210 УПК РФ. Однако глава 12 УПК РФ не регулирует задержание подозреваемого в связи с розыском. Объявле-ние в розыск вытекает из нарушения подозреваемым обязанности находиться «при уголовном деле» в связис расследованием преступления. При этом неясно отсутствие законодательных предписаний разъяснять подозреваемому такой обязанности и исполнение им обязанностей, вытекающих из целей избрания мер пресечения, названных в ст. 97 УПК РФ. Законодатель не устанавливает требований к разъяснению по-дозреваемому, получившему статус одним из формально-юридических оснований, указанных п. 1–4 ч. 1 ст. 46 УПК РФ, обязанности не скрываться от органов расследования и суда (не покидать место постоян-ного жительства, являться по вызовам), не заниматься преступной деятельностью, не препятствовать производству по уголовному делу. Следовательно, нельзя вести речь о наличии уголовно-процес-суального отношения между подозреваемым и субъектом уголовной юрисдикции с их взаимными пра-вами и обязанностями. Авторы обращают внимание на отсутствие четкого уголовно-процессуального регулирования вопросов розыска подозреваемого и его задержания и предлагают законодательное уста-новление форм процессуального взаимодействия между органами расследования и дознания, органами расследования и судом по месту задержания или по месту расследования уголовного дела. Сердцевиной взаимодействия должностать отдельное постановление о розыске с фиксацией в нем поручения о розыс-ке, фактическом задержании, личном обыске фактически задержанного, незамедлительном уведомлении о фактическом задержании объявленного в розыск гражданина и доставлении в органы расследования. Допрос подозреваемого должен осуществляться незамедлительно после вынесения постановления о задержании, что требует, по мнению авторов, законодательного установления.